|
| |
Прощай, Чехов!... Чехов, прощай…
Собака с мужыком 02.02.2010 Автор: Творчество людей мира Прочитано: 38 Жанр: Оправдание нашего существования (расшифровка выступления АНБС на Чехов-party)
А давайте поговорим о Чехове!...
По-простому. Без криков и соплей, без возложения цветов и фуршетов. Я вот даже оделся по-простому. Примерно так, как оделся бы Чехов, если бы он вздумал прожить 150 лет и сидел бы сейчас где-нибудь в зале.
Хотя прожить 150 лет, будучи Чеховым — задача не из простых. Он же ж умер уже как 105 лет с лишком. При этом учтите, что последние лет 10-15 он уже был живым классиком. Почти как Толстой, только помладше. И борода поменьше. И вот представьте, что все эти самые непрожитые Чеховым 105 лет к нему бы продолжали относиться как к классику, приходили бы за советом, или так чаю выпить, а еще хуже денег до получки стрельнуть. Потому что у людей творческих никогда до получки денег нет. И после получки тоже.
То есть, только бы сел Чехов творить, а ему бац — из горкома комсомола делегация. Мол, не откажите Антон Палыч, вы ж тоже от царизма туберкулезом пострадали, выступите на открытии клуба политграмонтности в поселке Голубой залив. Чехов промямлит, типа, я вообще-то малополическиграмотный, но его — в мотор и в Голубой залив. Так и дураком стать можно. Вот и не стал Чехов жить 150 лет. Помер.
А я вот собираюсь, потому что вижу цель на ближайшие 112 лет — 28 чемпионатов мира по футболу. Вот хочу и буду все их смотреть. Однако ж о любви Чехова к футболу ничего не известно. А все потому, что краеведы не поинтересовались.
Вообще эти краеведы всякой чепухой в жизни великих людей всегда интересуются. Ну вот, скажем, имел бы место такой исторический эпизод. Заезжает поутру к Антон Палычу Алексей Максимыч (он ведь тоже любил в Ялте от тягот отдохнуть) и говорит:
— А не махнуть ли нам любезный вы наш классик, Антон Нашевсе Палыч Чехов, к морю на растягайчиков под водочку? Буржуев посмотрим, с пролетариев поржем?
— …да я это типа тут «Три вишневых чайки» заканчиваю, пиес будет нового формату с глубоким психологизмом. Так что видимо не сегодня…
А Горький, видать уже с утра водочки без растягайчиков навернул, не унимается:
— Да что там ваши пиесы, какой с них доход? Три рассказа поштучно и то дороже продадите! Берите только зонтик и в путь!
Ну, Антон Палыч за зонтом, рукопись захлопнул и вниз.
…Под утро, напевая что-нить вроде «тататарам-дам драм-энд-БАМ» Чехов без зонта (а хрен с ним, ночь так как хороша!) возвращается домой и сразу писать. В итоге рукопись рассыпается на глазах изможденного писателя на составные части, у самого классика головная боль и непонимание происходящего. Вообщем из последних сил великий драматург собирает с пола листки, одну стопку засовывает в трусы (вместе с рубахой), вторую бережно кладет в папку, а третью небрежно швыряет в стол. Утром, попив рассолу и пролежав под кушетку полчаса пока его пытался найти Горький, Чехов возобновляет работу над пиесой и шо? Понять ничего не может, особенно то, почему полрукописи в трусах, а половина — в папке (про третью он вообще вспомнит только через месяц)? В итоге русский театр получает три самостоятельных произведения «Три сестры», «Вишневый сад» и «Чайка» (это на материале тех листочков, что из стола). Отличная история, но что из нее сделают краеведы. А вот что:
«6 июля… бу-бу-бу…мого года Алексей Максимыч Горький познакомился в Ялте с Антоном Павловичем Чеховым и между ними состоялся широкий обмен мнениями о состоянии современной литературы. По мнению некоторых горьковедов и чехофилов именно после этой встречи у Чехова родились идеи некоторых из его будущих великих пьес» И всё!
Проще надо к Чехову относиться, проще. Посмотрите, как просто и экономно он писал свои пьесы. Да чтобы их поставить, декорации в принципе не нужны. Даже театры! Но где же потом в антракте коньяк пить с бутербродами с севрюгой? Так что нет, театры как раз пускай будут. Даже костюмы не нужны. Ведь Чехов писал о современниках, так зачем сейчас актеры наряжаются в какие-то олдскульные обноски? Так и выходили бы на сцену в свитерах, мини-юбках, вечерних платьях, словом, что у кого есть, кто, в чем в театр с рынка и пришел.
Думаю, что при Чехове в целях экономии даже актеров назначали примерно так:
— Васька у тебя часы есть?… На цепочке?... Приноси на репетицию, будешь купцом.
— Катька, родственники есть?... Сколько, говоришь сестер?... Будешь третьей и тех двоих с собой тащи…
— Федька живность есть дома какая?... Хм, чайка… Ладно тащи, только не корми перед спектаклем, чтоб гадила поменьше…
И играли-то как жизненно! Потому что себя играли. А сейчас актеры ИХ играют, а как играть не знают. Вот и прячутся за костюмы и декорации, или наоборот — все декорации выкинут, костюмы снимут, ходят голыми по сцене и думают, что Чехова играют. А зрители думают, что им Чехова показывают.
Ну ладно, актеры, они на Чехове деньги зарабатывают, а мы то простые ялтинцы, земляки, стало быть! Хорошо ли мы Чехова знаем? Спросите себя. Спросите меня. А за себя я отвечу — не читал, но одобряю. Потому что не будь Чехова, чем была Ялта? Сахалином? Таганрогом? Или Баденвейлером? Я кстати, тоже был на Сахалине, но отдельно без Чехова. А из Таганрога у нас на заставе паренек служил. Так что мы с Чеховым почти трижды земляки.
Кстати об армии, привозят нам как-то молодое пополнение, я и спрашиваю, мол, ну из вас-то хоть кто-то был в Ялте? И тут один и говорит, ну был я. Вот здорово! Думаю, щас поболтаем с ним, топонимику родного края вспомним, привязки на местности, экскурсионные маршруты обсудим, преимущества кухни в столовой на Кривошты по сравнению с воробьиной столовой у остановки Октябрь. А он думал, думал и вспомнил только пивнушку в Приморском парке, где только стоя и можно было жажду утолить. Плюнул я, типа тоже мне турист, даже набережную он не запомнил. А вот пивнушку, пажалте! О том ли мечтал Чехов, когда давал полный список достопримечательностей в своей «Даме с собачкой».
Но знаете, прошли годы. И та пивнушка, кстати, она называется «Ветерок» и, увы, уже не работает, видится теперь куда более культурным объектом, чем попсовая набка или гоп-стопные малые треки, фарцовочная Дражинка и даже милый сердцу каждого аборигена Морис. Ведь стоит этот Ветерок в золотом треугольнике — аккурат возле места, где когда-то жил белорусский поэт Богданович и примерно на полпути между памятниками Горькому и Чехову. То есть захочешь ты вдохнуть воздуха белорусской поэзии, и ноги сами приведут тебя в «Ветерок». Или назначишь девушке свидание возле Горького, а она с похмелья до Чехова добредет. Пойдете вы друг другу навстречу, и опять же возле «Ветерка» пересекутся ваши дорожки, если только она опять же с похмелья не застрянет в тире, потому что «я трезвая, это ружье у вас кривое!»
Чехов вообще очень ялтинец. У него даже памятник не стоячий, а сидячий. Я про тот памятник, что в Приморском парке, где настоящий Чехов. Ленин у нас стоит, Горький стоит, Шевченко стоит, Пушкин вроде тоже будет стоять, а Чехов сидит. Он же на курорте. Так и хочется подойти, стукнуть его по спине и сказать:
— А что, друг Чехов! А найди как у меня какую-нибудь диковинную хворь, ты же врач Чехов!
А Чехов (заметьте, не вставая) лениво, по-курортному скажет:
— Да пошел ты!…
Нет, нет! Чехов не может так сказать! Он же врач, он любит людей, он гуманист! Поэтому он скажет:
— Да пошел ты!… Следующий!
И все равно мы все в Ялте живущие, любим Чехова, не читаем, но любим. Однако странная это любовь. Ведь если мы его не читаем, то может хоть его светлый образ вызывает в нас теплые чувства. Тем более, чем все мы прекрасно знаем, как выглядит Чехов. Вот кто знает, какого цвета были волосы у Куприна? Или какой формы нос был у Бунина? Или какого роста был Паустовский? А ведь они все тоже неоднократно бывали в Ялте и всячески ее популяризировали. А вот вряд ли вспомните. Однако ж Чехова в лицо знают все. Даже милиционеры.
Вообще чтобы стать похожим на Чехова много не надо — бородка, пенсне, трость — оп! и я уже почти Чехов!
И что толку? Что это мне даст? У меня друг — вылитый Чехов, даже больше на Чехова похож, чем сам Чехов. И вы думаете, ему старушки место в очереди в Крымэнерго уступают? Или льготы какие-то за внешний вид положены? Может в банке кредит без всяких проволочек оформят? Фигли там! Его даже в общество Чехова не берут. Его то Чехова во плоти!
Да будь у меня такое лицо я бы баблос на круизах рубил не по-децки. Ну, представьте, подплывает очередная пасудина набитая долларами и культурно просвещенными немецкими пенсионерами. А тут на причале молодой мужчина со сборником произведений Антона Чехова.
— Ван момент фото виз рашен классик райтерс энд бук виз май аутограф. Онли твенти долларс!
Можно конечно по немецки или на суахили, как ситуация располагает. И вы думаете безнадежная затея? Ну не все же немцы знают, что Чехов уже умер. Фамилия на лицо, лицо — там же, книжки опять же. Думаю долларов по 150 за круиз рубить можно, лишь бы Бунины и Куприны с Некрасовыми не подтянулись на рыбное место.
И раз уж нету мне никакого толку от Чехова, решил я ним распрощаться. Не просто так «пока, завтра на пиве встретимся», а по-серьезному, чтоб не было потом у благодарных потомков вопросов — ни ко мне, ни к Чехову. Так что прости Антон Палыч, но нам с тобой в светлое будущее не по пути, я уж как-нибудь сам.
(Докладчик сбривает «чеховскую» бородку и зал в ауте)
….А вообще такой способ прощания с Чеховым весьма труден. Я, когда все это придумывал, то первой мыслью было нарядить под Чехова какую-нибудь чеховедку, и сорвать с нее все одежды, пока она под эротичную музыку на руре крутиться будет. Однако руру спилили, и вот приходится рожу себе царапать в темноте. Но надо же как-то этот вопрос решать. Прощание так прощание…
Поставить оценку    
КомментарииК этому произведению есть: 1 комментариев |
Добавить свой комментарий
|
|
RSS-лента
/
О проекте
/
Правила
